Скидки на курсы иностранных языков
Необычная история английского языка

Необычная история английского языка

А знали ли вы, что англичане считали свой язык деревенским и неотесанным? Как мы все можем убедиться, это не помешало ему стать языком международного общения. Мы с удовольствием прочитали эту искрометную статью, написанную настоящей англичанкой,  и хотим поделиться ею с вами. 

Шекспир — литературный хулиган

Шекспир придумывал новые слова, когда ему было нужно или когда просто возникало такое желание. Как вы думаете, какие слова были введены великим Бардом? Английский язык 16 века напоминал что-то, сколоченное на скорую руку. Не менее восьми народов повлияли на нашу лексику и синтаксис. Однако англичане делали что-то большее, чем заимствовали, и просто откровенно крали слова из других языков. Стихотворцы, как, например, Чосер, позволяли новым словам с улиц пробираться на литературную сцену. В то время как елизаветинские драматурги подбирали изощренные выражения, которые бы точнее выражали их чувства, толпа одобряла их лингвистические начинания.

Краткий список глаголов, изобретенных Бардом

  • Будить, пробуждать (arouse)
  • Позорить, порочить (besmirch)
  • Держать пари (bet)
  • Оказывать воздействие, подобное наркотическому; притуплять (чувства, эмоции), давать наркотики (drug)
  • Сокращаться, уменьшаться (dwindle)
  • Обмануть, одурачить (hoodwink)
  • Торопиться (hurry)
  • Тошнить (puke)
  • Разглагольствовать (rant) 
  • Ходить с важным видом, хвастаться (swagger)

Шекспир также выдумал новые метафоры и многие современные клише, которые были новинками в то время.

  • Это для меня китайский — it’s Greek to me
  • Вести двойную игру, быть нечестным — played fast and loose
  • Глаз не сомкнуть — slept not one wink
  • Видать лучшие времена — seen better days
  • Хмуриться — knit your brows
  • Класть зубы на полку — have your teeth set on edge

Но вам не нужно быть Шекспиром, чтобы творить новые слова. Во времена Ренессанса обычные люди каждый день сочиняли новые слова, как одержимые, добавляя приставки и суффиксы. Большинство слов, созданных таким образом, это прилагательные и существительные. Добавьте суффикс ness к bawdy (вульгарный, непристойный) и вы получите bawdiness (вульгарность, непристойность)! Проделайте тоже с brisk (оживленный) и получите briskness (резвость, живость)! Приклейте –er к концу любого глагола и вы получите все, что угодно, от feeler (щупальце, feel – чувствовать) до murmurmer (шептун, ворчун; murmur – шептать, ворчать, роптать).

Новые глаголы можно получить недорогим способом добавки суффикса. Например: –ize. Agonize – агонизировать, agony — агония. Apologize — извиняться, apology — извинение. –en Blacken — чернеть, black — черный; whiten — белеть, white — белый, loosen — ослаблять, развязывать, loose — свободный, несвязанный. Также употреблялись приставки, например, вездесущий un-, который сочетается и с существительными, и с прилагательными, и с причастиями, и с глаголами, и с наречиями. Например:

  • Uncivility — грубость (civility- вежливость),
  • Unclimbable — незалазимый, что-то, на что невозможно залезть (climb — взбираться, залезать),
  • Unavailing — безрезультатный (avail — выгода, польза),
  • Unclasp — отстегивать (clasp — застегивать),
  • Uncircumspectly — неосмотрительно (circumspectly — осторожно, осмотрительно)

“Наш язык крайне несовершенен...”

Далее, посреди лингвистического бунта, король Джеймс І покровительствует переводу Библии на английский язык в 1604 году. Англия только что разорвала отношения с Римской католической церковью, и наш простонародный язык — бах! — стал основой национальной идентичности. В период от времени Шекспира до короля Джеймса, английский язык приобрел влияние, но ему не хватало ясности. “Наш язык в каком-то смысле варварский”,  —  сказал поэт и критик Джон Драйден в 1693 году. Другие литераторы раздраженно говорили, что английский — необузданный, дикий. А в это время газеты распространяли слово, а точнее, десятки тысяч слов. Английский менялся так быстро, что некоторые поэты боялись, что их работы не будут поняты будущими поколениями.

“Наш язык крайне несовершенен”, — жаловался Джонатан Свифт, писатель и настоятель собора Святого Патрика в Дублине, графу Окфорда в 1712 году. “Его ежедневное улучшения никаким образом не могут сравниться с его ежедневным ухудшением; и те, кто притворяется, что совершенствуют и очищают его, по большому счету, только умножили его абсурдность и неправильность употребления”. И это было не все, Свифт добавил: “Во многих случаях, он нарушает каждое грамматическое положение”.

Некоторые клерки и духовенство 18 века, томящееся по менее деревенскому языку, взяли на себя смелость создать “Королевский английский”. Они изобрели правила для неправильного языка. Проблема была только в том, что они украли правила у латыни. Тем не менее, эти правила были утверждены в книгах и внедрены людьми, которые игнорировали историю Англии. Они навязывались поколениями учителей и наставников.

Вот в такой неразберихе мы находимся в настоящее время. И все же, мы все хотим грамотно писать. Мы мечтаем затрагивать людей нашими словами. А все началось глаголом. Словом, которое лингвист Стивен Пинкер называет “маленьким диктатором” каждого предложения.

Констанция Хэйл 
Источник

Нашли ошибку в тексте сайта?
Выделите ошибочный текст мышкой и нажмите Ctrl + Enter